Золото царя Мидаса

Основу денежного обращения в Древней Греции составляло серебро. Золотые монеты время от времени выпускали только некоторые богатые государства для ведения масштабной международной торговли и крупных денежных выплат, а бронзовые с IV в. до н.э. чеканились повсеместно для внутреннего рынка. Но на заре монетного дела во второй половине VII – первой половине VI в. до н.э. в Лидии и греческих полисах Малой Азии для чеканки монет использовали совершенно другой металл – сплав золота и серебра, известный под названием «белое золото» или электр.

На родине монет, в западной Малой Азии находилось несколько крупных месторождений золота, самым знаменитым из которых была гора Тмол. На её склонах брала своё начало река Пактол, которая в своих водах несла золотые песчинки. Неподалёку от этой реки располагались Сарды – столица Лидии. Жители города довольно рано научились использовать природные богатства, находившиеся у них буквально под ногами, для изготовления ювелирных изделий и, когда это стало необходимо, чеканки монет.

С месторождением золота на склонах Тмола связан один из известных древнегреческих мифов о драматической судьбе царя Фригии Мидаса. По рассказу римского поэта Овидия (43 г. до н.э. – 17/18 г. н.э.), когда бог виноделия Дионис удалился «к Тмолу родному, на маловодный Пактол», который в то время ещё «златоносным песком не струился на зависть», в числе спутников он не нашёл своего наставника сатира Силена. Как оказалось, его схватили фригийцы и отвели к Мидасу. Тот же, попировав с ним несколько дней, вернул Силена Дионису. В знак благодарности бог предложил любую награду, и Мидас выбрал дар, благодаря которому он сумел превращать все предметы, которых касался, в золото. Но радость от обретённого богатства была недолгой, поскольку в золото превращались не только окружавшие царя предметы, но и пища вместе с водой и вином. Только тогда Мидас понял, что алчность заставила его сделать неправильный выбор, и взмолился Дионису с просьбой забрать его дар. Тот отнёсся к раскаявшемуся царю с благосклонностью и избавил от награды, велев ему смыть свой грех в истоке Пактола.

«Царь к тем водам пришёл. Окрасила ток золотая

Сила и в реку ушла из его человеческой плоти.

Ныне ещё, получив златоносное древнее семя,

Почва тверда, и блестят в ней влажные золота комья»

(Овидий. Метаморфозы. XI, 142–145, пер. С.В. Шервинского).

Именно это золото, оставшееся после омовения Мидаса в Пактоле, по мысли древних греков и римлян, и составило месторождение, которое стало источником драгоценного металла для чеканки монет лидийцами и, возможно, жителями некоторых соседних греческих городов во второй половине VII в. до н.э. Благодаря им практика чеканки и использования монеты распространилась в других греческих городах Малой Азии и Восточного Средиземноморья. А небывалый подъём международной торговли способствовал знакомству с новым видом денег и в других областях древнегреческого мира. С середины VI в. до н.э. монеты прочно укоренились в денежном обращении античных государств Средиземноморья, и их выпуск был налажен во многих крупных полисах региона. Тогда греки и начали чеканить монеты из серебра, отдав предпочтение этому металлу, а не электру, который был в десять раз дороже и не совсем годился для масштабов их денежного обращения. Да и малоазийские месторождения золота в ту пору уже находились в руках персидского царя.

Однако на этом история электровой чеканки не прекратилась. Она продолжилась в некоторых греческих полисах северо-западной Малой Азии. Одним из них был город Кизик, который находился на южном берегу Пропонтиды (так древние греки называли Мраморное море). Его удобные гавани принимали многие купеческие корабли, следовавшие из Средиземного моря в Чёрное. Во многом благодаря этому, электровые монеты Кизика, которые греки называли кизикинами, стали популярной международной валютой, использовавшейся в Восточном Средиземноморье и Причерноморье в V–IV вв. до н.э. Можно даже заметить, что кизикины были первой международной монетой в истории! Их находят в виде кладов и отдельных монет на территории Балканской Греции, Малой Азии и Причерноморья. В античных государствах Северного Причерноморья электровые монеты Кизика были особенно популярны. Дело в том, что местная монета выпускалась исключительно для собственного денежного обращения и не была рассчитана на крупные международные торговые операции. В такой ситуации кизикины, прибывавшие вместе с заморскими купцами, оказывались как нельзя кстати.

В коллекции нашего музея находится 12 электровых монет Кизика. Многие из них были найдены на территории Северного Причерноморья, некоторые приобретены у частных лиц в конце XIX – XX в.

Особого внимания заслуживает электровый статер Кизика 460–400 гг. до н.э. с изображением на лицевой стороне нимфы Фетиды, матери прославленного Ахилла.

Электровый статер Кизика. 460–400 гг. до н.э. Приобретён у Т.Г. Оболдуевой. Фотография Г.Г. Сапожникова
Электровый статер Кизика. 460–400 гг. до н.э. Приобретён у Т.Г. Оболдуевой. Фотография Г.Г. Сапожникова

Она изображена в перехваченном поясом на талии хитоне, сидящей на плывущем влево дельфине, в её правой поднятой руке – венок, в левой – щит, украшенный звездой. Под дельфином расположен тунец, обращённый влево. На оборотной стороне находится вдавленный квадрат, который разделён на четыре сектора, расположенные в разных плоскостях, их поверхность неровная.

Изображение на лицевой стороне рассматриваемой монеты восхищает своей гармоничностью, насыщенностью деталями и в то же время свойственной архаическому искусству диспропорцией элементов. В центре композиции находится фигура нимфы с тонко проработанными чертами лица, причёски, складками одежды и даже листьями венка в её руке. Фигуры дельфина и тунца изображены с той же тщательностью, но немного несообразно размеру фигуры Фетиды. Привлекает внимание тунец, как будто плывущий вместе с дельфином и его спутницей. На самом деле это изображение представляет собой эмблему Кизика, мастерски вписанную в композицию монетного типа. Тунец в том или ином виде всегда присутствовал на монетах города как дополнительный элемент, оставляя резчикам штемпелей широкое поле для творчества. И они им успешно пользовались! Изображения на кизикинах демонстрируют захватывающий калейдоскоп образов богов, героев, фантастических и реальных существ и даже людей. Нередко на них воспроизводились изображения статуй или популярные типы, встречающиеся также в монетном деле других государств.

Широчайшее разнообразие изображений на лицевой стороне кизикинов компенсировалось скудостью стандартного оформления их оборота. Вдавленный квадрат, располагающийся на оборотной стороне электровых монет Кизика, является оттиском специального стержня, с помощью которого чеканили монету на первом этапе развития монетного дела. К началу V в. до н.э. технология монетного производства позволила использовать полноценный штемпель оборотной стороны с вырезанным на нём изображением. Однако в электровой чеканке Кизика он не применялся. Вдавленный квадрат придавал кизикинам нарочито архаический облик, подчёркивавший их древнее происхождение и заслуженный с годами авторитет. Этому же способствовала и неправильная форма монеты также характерная для архаической эпохи. Она напоминает о том периоде, когда монеты практически не отличались от слиточков драгоценного металла, использовавшихся в денежном обращении до начала монетной чеканки. От весового драгоценного металла, обращавшегося в разных формах, монету отличало только наличие изображения, которое обозначало государственную гарантию качества металла и соответствие принятой весовой норме. Поэтому за пределами государства, в котором была выпущена монета, она часто обращалась не по своей номинальной стоимости, а как обычный весовой металл. Именно поэтому жителям Кизика было важно сохранять и демонстрировать стабильность и авторитетность своих электровых монет. И, судя по многочисленным находкам в разных уголках греческого мира, им это прекрасно удавалось.

Вероятно, во многом этому способствовал и металл монет. С одной стороны, электр дополнял архаический облик кизикинов и подчёркивал их связь с древними и надёжными деньгами, а с другой – сплав золота и серебра позволял контролировать соотношение этих металлов в зависимости от колебаний их стоимости на рынке и таким образом поддерживать стабильный и выгодный для города курс этих монет.

История электра начинается в глубокой древности, овеянной мифами. Но его жизнь в ювелирном и монетном деле VII–IV вв. до н.э. оставила глубочайший след в истории мирового искусства и денежного обращения. Ещё и сегодня «золото царя Мидаса» сияет красотой воплощённых в нём ярких образов на древних монетах, прославленных в веках.