История одного ключа

Понятие «ключ от города» появилось в незапамятные времена, когда стены, окружавшие город, были реальной защитой от неприятеля, а городские ворота запирались на ключ. Со временем ключ стал не только утилитарным предметом, но и символом города. Во время военных действий ключи от городских ворот, как знак покорности, торжественно передавали неприятелю. «Отдать ключи» без боя означало сдаться на милость завоевателя, свободно пропустить его в город.

Вспомним строки А.С. Пушкина:

«Напрасно ждал Наполеон,

Последним счастьем упоенный,

Москвы коленопреклоненной

С ключами старого Кремля:

Нет, не пошла Москва моя

К нему с повинной головою.

Не праздник, не приемный дар,

Она готовила пожар

Нетерпеливому герою».

Многие музеи хранят символические ключи от городских ворот. Так, в собрании Оружейной палаты хранятся ключи от Московского кремля, ключи от Петербурга можно увидеть в Музее истории города в Петропавловской крепости. Коллекция ключей эпохи 1812 г. хранится в собрании Исторического музея. Это ключи от городов, освобожденных русскими войсками во время заграничных походов 1813 – 1814 гг. – Бремена, Данцига, Кельна, Гамбурга. Все ключи выполнены затейливо, имеют фигурные бородки и орнаментированные головки, покрыты резьбой и позолотой. На их фоне предельно просто выглядит еще один ключ из фондов Исторического музея – ключ от Адрианополя времен Русско-турецкой войны 1877-1878 гг.

Ключ от г. Адрианополя Османская империя. Турция. Адрианополь XVIII-XIX вв. Железо, ковка
Ключ от г. Адрианополя
Османская империя. Турция. Адрианополь
XVIII-XIX вв.
Железо, ковка

Его история неординарна. Ключ поступил в музей из семьи художника В.В. Верещагина. Как известно, Василий Васильевич Верещагин, создавший знаменитую Балканскую серию, знал о Русско-турецкой войне не понаслышке. В июне 1877 г. в качестве добровольца он находился на борту миноносного катера «Шутка» лейтенанта Н.И. Скрыдлова, действовавшего на Дунае. Во время знаменитой атаки «Шутки» на турецкий военный пароход Верещагин получил серьезное ранение, долго лечился в госпитале, после выписки вновь отправился на театр военных действий: был на Шипке, под Плевной, в составе отряда М.Д. Скобелева переходил через Балканы, до Сан-Стефано дошел с авангардом генерала А.П. Струкова.

Александр Петрович Струков в русской армии был заметной фигурой. Участие в войне он начал в качестве адъютанта главнокомандующего великого князя Николая Николаевича Старшего, уже в июне 1877 г. за отличия был награжден золотым оружием «За храбрость» и Георгием 4 степени. За отличие при штурме Плевны получил мечи к ордену св. Владимира 3-й степени. После Плевны состоял начальником авангарда у генерала М.Д. Скобелева. В январе Струков, командуя небольшим кавалерийским авангардным отрядом, стремительно атаковал и захватил железнодорожный узел Семенли, отрезав армию Сулеймана от Адрианополя, тем самым предрешив ее разгром. Затем он дошёл до Адрианополя и, не входя в город, занял окружающие его деревни и главный Адрианопольский арсенал, дожидаясь подхода основных сил. Захваченный врасплох двухтысячный турецкий гарнизон, лишенный поддержки армии, оставил крепость без боя.

Вынужденное оставление Адрианополя противником было большой удачей для русской армии. Бывшая столица Османской империи Адрианополь (современное название Эдирнэ) был мощной, хорошо укрепленной крепостью. Один из участников войны унтер-офицер лейб-гвардии Кексгольмского полка Никита Ефремов бесхитростно описал свои впечатления от этой крепости:

«19 января в день подписания перемирия Кексгольмский полк вошел в Адрианополь. На улицах было оживленно, радостно, солдаты кричали “Ура!”… И за этою “урой” кто-то впереди отстал и попал в другую улицу, а улицы эти турецкие, эдакие узенькие – мы шли, шли, а потом не знаем, куда и идти… Но надо же и город рассмотреть, что он за Адрианополь, и что хорошего есть в нем. Мы об нем много говорили и часто, что будет у нас под этим городом большая драка, а вышло иначе – он нас без выстрела впустил в город. Так уж, верно, Господь на них страх навел. А какие здесь крепости! Укрепления понастроены. Под ним бы тоже сухарей довольно поели, да и крови бы много пролилось».

Первым в Адрианополь вошел авангард генерала Струкова. Жители готовились встретить триумфаторов хлебом-солью. Эта история подробно описана в мемуарах В.В. Верещагина, находившегося в это время в отряде Струкова:

«Вчерашние посланные еще не уехали. Генерал послал их вперед объявить о нашем движении и, отведя в сторону, потребовал, чтобы в знак изъявления покорности Адрианополя были поднесены ключи его, которые он должен переслать его высочеству главнокомандующему. “Да ключей нет у города, – сконфуженно отвечали посланцы, – где же мы их возьмем”. “Чтобы были – знать ничего не хочу” – решил Александр Петрович».

Город встречал русских торжественно. На площади собралось, по оценкам художника, 30 – 40 тысяч человек. Все кричали “Ура!” и “Да здравствует Россия”. К победителям вышла процессия, состоявшая из представителей разных церквей: там были и греческий митрополит, и армянский архиепископ, и болгарские священники, и еврейские раввины, и турецкие муллы. Струкову были торжественно преподнесены на блюде ключи, их было три.

«Я спрашивал потом, где они достали эти ключи, – продолжает свой рассказ Верещагин, – и получил ответ – “купили на базаре”.

Кстати скажу здесь два слова о дальнейшей судьбе этих ключей: самый большой из них я взял себе для разбивания миндальных орехов, которые подавались у нас каждый день после обеда, так как они были очень вкусны и дешевы, два других были отправлены сначала главнокомандующему, а затем в Петербург. Перед посылкою в Петербург Струков просил меня отдать третий, самый большой и внушительный, но я не отдал, и он висит у меня в мастерской рядом со значком Скобелева».

В настоящее время ключ от Адрианополя, замечательный трофей Русско-турецкой войны, находится в собрании Исторического музея и экспонируется в его тематических выставках.

Автор  — Ирина Журавская, старший научный сотрудник научно-экспозиционного отдела