Степан Саввич Нарбеков VS Успенский собор. Спор о границах земельных владений и способы его решения в XVII в.

«И они стрельцов били и писца чуть не убили ж, собрався многолюдством человек ста с три с дубьем, и земли межевать не дали. А прикащик Васька Теплынин то им кричит: «Положу Богородицких крестьян человек дватцать или больши на земле, а межевать-де земли не дам. А меня-де хоть и повесят. А стою я за землю по указу и по письму государя моего Стефана Савича».

Такие нешуточные страсти кипели в 1692 г. на границе владений Успенского собора Московского Кремля и думного дворянина Степана Саввича Нарбекова, дальнего родственника царя Иоанна Алексеевича и царевны Софьи. Об этом казусе рассказывает комплекс из семи документов, хранящийся в отделе рукописей Исторического музея.

Все началось с челобитной, поданной государям Иоанну и Петру Алексеевичам ключарем Успенского собора Иаковом Ивановым 18 июня 1692 г. В ней содержалась просьба обновить межевые знаки, обозначающие границы владений Собора в Бежецком уезде Новгородской волости. Необходимость обосновывалась тем, что некоторые из них были утеряны, вследствие чего местные жители утратили представление о четких границах, а это, в свою очередь, привело к систематическому возникновению конфликтов.

В ответ на челобитную ключаря последовал указ государей, в котором межевщику Венедикту Гавриловичу Моклакову и подьячему Исайе Баскакову было велено обновить межу.

Однако через два месяца, 19 августа, представителем Нарбекова была подана челобитная, в которой крестьяне Успенского собора обвинялись в намеренном сокрытии факта изменения линии границы. В челобитной сообщалось, что издавна межа, разделяющая земли Нарбекова и Собора, проходит по реке Ужени. Однако некоторое время назад на участках реки произошли обрушения земли. Эти обрушения привели к изменению течения, а значит и границы. Вероятно, эти изменения были не в пользу Нарбекова, поэтому его представитель просил разобраться в данной ситуации прежде, чем проводить межевание.

Для выяснения данных обстоятельств была проведена очная ставка, где каждая из сторон настаивала на своем. Опрос местных жителей показал, что обвалов на реке Ужени не было, соответственно ее течение оставалось прежним, и представители Успенского собора указывали границу владений верно.

Теперь ничего не могло помешать межеванию. Межевщики, представители Успенского собора и С.С. Нарбекова выехали на спорный участок. Там-то и произошел инцидент с дракой, о котором было рассказано в самом начале. Размежевать земли снова не удалось. А в Москву отправилась челобитная от представителей Успенского собора с изложением произошедшего и просьбой наказать обидчиков.

Информационная лакуна в комплексе скрывает от нас ход событий в последующие два года. Можно предположить, что в это время сторонами велась активная работа, в результате которой в 1694 г. состоялся отвод земель. Было установлено наличие обвалов в некоторых местах течения реки Ужени и его изменение соответственно. Стороны договорились о межевании по прежней границе, по старому течению реки.

Компромисс найден, граница обозначена, казалось бы, конфликт исчерпан. Однако в 1697 г. Степан Саввич подал государям челобитную, из которой явствует, что последняя договоренность по межеванию не была реализована. Нарбеков обвинил представителей Успенского собора, подьячего Поместного приказа Леонтия Львова и межевщика Венедикта Моклакова в сговоре, подтасовке данных по обвалам на реке (опрос окрестных жителей 1692 г.) и изготовлении Львовым «подложной» грамоты с предписанием межевать по «новому» течению Ужени, а не по соглашению 1694 г.

Как раз в это время, в 1697 г., был издан ряд указов, касающихся судопроизводства. В числе прочего, была изменена процедура сбора информации, предусмотрено наказание за лжесвидетельство. Руководствуясь этим, Степан Саввич решил инициировать проверку проведенного межевания, результаты которого, судя по всему, ущемляли его интересы. И разумеется, в ответ на челобитную Нарбекова протопоп Успенского собора обратился к государю с просьбой не верить его обвинениям.

Тогда же в Поместном приказе состоялось несколько заседаний по делу Нарбекова и Успенского собора. Межевщику Венедикту Моклакову было велено провести границу владений конфликтующих соседей по соглашению 1694 г., т.е. по старому течению Ужени. Для обеспечения проведения межевания выделить людей, пушкарей и стрельцов. Для проверки справедливости обвинений в сговоре и подлоге данных, отправить на место дворянина и опытного подьячего из Поместного приказа. По установлении истины, изъять половину земель у виновного и отдать их потерпевшей стороне. При расследовании должны присутствовать все заинтересованные стороны. «Подложную» грамоту, межевые и писцовые книги, вместе с другими документами по данному делу прислать в Москву.

Чем закончился межевой спор Нарбекова и Успенского собора, где в итоге прошла граница, к сожалению, пока неизвестно. В нашем комплексе отсутствуют документы, содержащие необходимые сведения. С большой долей вероятности можно предположить, что они находятся в писцовой и межевой книге Венедикта Моклакова. А для этого нужно найти саму книгу.