Великокняжеское лето

«Москва жила выездами, обедами и приёмами;
летом же всё это переносилось в окрестные усадьбы»
В. Гиляровский «Москва и москвичи»

Регулярные выезды на летний сезон за пределы Москвы во второй половине XIX — начале XX вв. формировали особый ритм жизни, и рядового дворянства, и высшей аристократии, в котором чередовались периоды интенсивной административной и светской деятельности и периоды относительного уединения. Это помогало не только поддерживать широкий круг знакомств, но и сохранять внутреннее равновесие.

Поездки великого князя Сергея Александровича и его супруги Елизаветы Фёдоровны по подмосковным усадьбам занимали заметное место в их повседневной и общественной жизни. Такие поездки имели скорее формат дружеских, чем официальных визитов, поэтому только изредка в периодической печати встречались их упоминания. Больше свидетельств содержат дневники, письма и воспоминания. Пристрастие же к фотофиксации событий, возникшее с появлением доступных способов фотосъемки, оставила нам зримые образы этих поездок. В собраниях музеев, в частности, Исторического музея, хранятся, пусть и немногочисленные, снимки, на которых запечатлены великокняжеские гости со свитой и хозяева усадьбы.
Отправной точкой этих поездок было Ильинское — имение, полученное великим князем Сергеем Александровичем по завещанию от своей матери — императрицы Марии Александровны. Это место стало «убежищем» от суеты и церемоний, особенно после того, как великий князь был назначен генерал-губернатором Москвы.

«Ильинское находится на Москве-реке, с балкона прямо вид на реку, на громадный луг и сосновый лес, где устроен парк и куда ездили всегда за грибами. Посредине сада дворец деревянный, двухэтажный, снаружи не очень красивый, но внутри роскошно убранный, скорей по-городскому. Кругом всё маленькие дома «Миловид», «Пойми меня», «Не чуй горе»… — записал в мемуарах Владимир Фёдорович Джунковский, адъютант великого князя, на протяжении многих лет входивший в его ближайшее окружение.
В Ильинском Сергей Александрович жил в летние месяцы, здесь же он провёл медовый месяц с великой княгиней Елизаветой Фёдоровной. В своих письмах великий князь неизменно тепло отзывался об этом месте.

«Если бы ты знал, как мы все наслаждаемся здесь, — как мне бы хотелось показать тебе милое Ильинское — и я уверен, что оно тебе бы понравилось, как тип русской деревни», — написал великий князь своему племяннику цесаревичу Николаю Александровичу. Небезызвестная Анна Вырубова в своих воспоминаниях сообщает: «Великая княгиня особенно любила выезды в Ильинское и соседние имения, где чувствовала себя свободнее, чем в столице».

Вместе с Ильинским великий князь Сергей Александрович унаследовал соседнее село Усово, расположенное почти напротив, по другую сторону Москвы-реки. Долгое время село было местом краткого посещения: («были в Усово на несколько часов», «ездили в Усово и вернулись к обеду»). Даже после строительства там в 1889 г. нового усадебного дома излюбленной резиденцией оставалось Ильинское. Однако и скоротечные посещения оставили визуальный след — в отделе ИЗО хранятся две фотографии, которые были сделаны в разные годы на территории Усово.

Выезды в соседние усадьбы, принадлежавшие представителям высшего общества — было обычным делом в летние месяцы. В отличие от официальных визитов — например, посещений монастырей, благотворительных учреждений или иных публичных мероприятий, где, на протяжении всего визита, соблюдался строгий протокол и сопровождался немалым интересом прессы, эти посещения соседей являлись особой формой «полуприватного» общения. Здесь соединялись прогулки, совместные обеды, домашние спектакли, живые картинки с возможностью для Сергея Александровича, занимавшего пост московского генерал-губернатора, поддерживать неофициальные контакты с представителями местной элиты и обсуждать вопросы в обстановке, не требующей регламента и сложных церемоний. Елизавета Фёдоровна через такие встречи укрепляла связи с кругами, связанными с благотворительной и культурной деятельностью.

География этих поездок была разнообразна: от известных, крупных аристократических резиденций, таких как Архангельское князей Юсуповых, Никольское-Урюпино и Петрово-Дальнее князей Голицыных, Братцево князя Н. С. Щербатова («Видел Щербатова — мы собираемся на днях поехать к ним в Братцево»), Белая Колпь князей Шаховских («Вчера мы ездили на вечер к Шаховским…»), до более камерных владений вроде Подушкина («На днях мы были в Архангельском, а сегодня посетили очаровательный маленький замок Веригина»), Уборов графов Шереметевых и др.

Значительная часть поездок в имения соседей не имеет точной датировки, что, несомненно, указывает на повторяющиеся встречи на протяжение летних сезонов.

Расположение Архангельского вблизи Ильинского и тесные связи с хозяевами, один из которых, Феликс Феликсович, князь Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, был адъютантом великого князя, а его супруга, княгиня Зинаида Николаевна Юсупова, стала близкой подругой Елизаветы Фёдоровны, определяли активность визитов в эту усадьбу. В Архангельском летом собирался почти весь московский свет, и появление великокняжеской четы неизменно привлекало внимание. Современники отмечали, что туда ездили не ради церемоний, а ради встреч — и великий князь с великой княгиней бывали там наравне с прочими гостями, участвуя в привычной светской жизни, но в сельском антураже.

Рядом с великокняжеским Ильинским находилось также имение Петровское или Петрово-Дальнее, владелец которого, князь М. М. Голицын, состоял чиновником для особых поручений при Сергее Александровиче как генерал-губернаторе Москвы. Сюда, как писал в своих воспоминаниях племянник владельца усадьбы Михаил Владимирович Голицын, «вскоре по приезде [в Ильинское, после свадьбы в 1884 г.] великий князь привёз жену…, и с этого момента начались частые и долголетние посещения «Ильичей», как их называл дядя Михаил Михайлович». Общение с Голицыными было не менее интенсивным, чем с Юсуповыми.

Иной характер носили визиты, например, в Рождествено-Подушкино, не связанное с кругом высшей русской аристократии. Владельцами усадьбы были представитель старинного остзейского дворянства на дипломатической русской службе, камергер барон Михаил Феликсович (Богдан Егорович) Мейендорф и его жена Надежда Александровна Веригина (урожденная Казакова) из нетитулованного дворянства, построившая у себя «настоящий средневековый замок по подлинным рисункам с башней», как записал в своих воспоминаниях князь М. В. Голицын, отлично знавший не только хозяев этой усадьбы, но и всех соседних и не очень имений. Здесь атмосфера была значительно более закрытой и почти семейной. В воспоминаниях и переписке подчёркивается, что подобные встречи проходили тихо, в узком кругу знакомых, без пышности и формальностей; подобные вечера описываются как спокойные и камерные, где важна была не демонстрация статуса, а само общение. В коллекции фотографии XIX — начала XX вв. отдела ИЗО имеется снимок, запечатлевший один из приездов в эту усадьбу. Сложно сказать, в какой конкретно год был сделан этот снимок, так как посещение усадьбы Подушкино было не единичным случаем.

Словом, поездки по подмосковным усадьбам были важной частью жизни великокняжеской четы: они позволяли поддерживать связи внутри аристократической среды, служили пространством для неформального общения и одновременно давали возможность хотя бы на время отступить от жёстких рамок придворного существования.

Литература:
1. Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II: документы и материалы. — СПб.: Алетейя, 2009.
2. Бондарева Н. А. Усадьбы России. От имений средней руки до парадных резиденций. — М.: Бомбора: Эксмо, 2024.